?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Опубликовано в ПР#67 (2013). Публикуется с разрешения редакции
Чем петь в кафе по два рубля,
пойдем-ка мы на Гоголя[1]
Умка
Нет территории – нет проблемы
За два с половиной года, прошедшие с момента ухода Юрия Лужкова, многие, кажется, уже подзабыли, что такое настоящее лужковское «благоустройство». При Юрии Михайловиче городские площади и скверы покрывались цветниками и заставлялись монументами спорного качества – такими как памятник Достоевскому перед Ленинской библиотекой или Жукову на Манежной. Происходило это в том случае, если площадь нельзя было застроить. В этом смысле Манежной повезло больше других: там торговый центр остался в основном под землей. Меньше повезло, например, площадям перед Курским и Киевским вокзалами, которые были загромождены зданиями торговых центров.
Нет территории – нет проблемы. Так же решались вопросы благоустройства и во многих жилых дворах.
Конец этому должен был, казалось, положить экономический кризис, начавшийся в 2008 году, но после небольшой паузы «точечная застройка» стала понемногу возобновляться. Так что вся слава победителя этой городской болезни досталась Сергею Собянину, сменившему Лужкова в октябре 2010 года. Именно он отменил несколько самых скандальных строек, например, на Пушкинской площади и на Боровицком холме, назвал Москва-Сити «градостроительной ошибкой» и т.д.
Первым наказом Собянину от тогдашнего президента Медведева было победить московские пробки. Однако позже вектор усилий нового мэра несколько сместился. Было решено, что угодить автомобилистам намного сложнее, чем превратить их в пешеходов. Тут-то и появился в речах городских чиновников термин «общественное пространство».
Нельзя сказать, что Юрий Михайлович был совершенно глух к этой теме. Помимо Манежной, при нем были созданы немного странная площадь Европы, два пешеходных моста через Москва-реку, парк на Поклонной горе и многое другое. И не так уж важно, что кому-то (например, мне) не нравится дизайн лавочек. Тысячи москвичей и приезжих приходят туда гулять, и не жалуются.
Однако главная заслуга Лужкова на этой ниве заключалась в том же, в чем была его основная вина: позволяя девелоперам заполнять коммерческой застройкой пустоты в городской ткани, он способствовал появлению качественно новых общественных пространств, находящихся в частных руках и развивающихся в условиях конкуренции.

Торговля и досуг
Придя на наш рынок в конце девяностых, западные профессионалы в области коммерческой недвижимости принесли с собой современные стандарты проектирования торговых молов и аркад. Эти здания с фудкортами, кинотеатрами, иногда даже катками стали служить заменителями качественной городской среды, популярными местами проведения досуга. А те, что оказались в центре, например, ТЦ «Атриум» или «Охотный ряд», позволяли «комфортно передохнуть, перекусить и перевести дух»[2] даже посреди рабочего дня.
Торговые центры без труда отбирали публику у уличных пространств и парков, предлагая безопасность, комфортный микроклимат и качественную еду.

Пространство конфликта
К 2011 году, когда Сергей Капков взялся за обновление Парка Горького, столичная публика была уже очень хорошо знакома с западными стандартами коммерческого отдыха. Капкову нужно было, как минимум, обеспечить тот же набор услуг, чтобы переманить публику из кондиционированных моллов  «на природу»[3]. Успех его деятельности был несомненным: количество посетителей парка увеличилось в разы, критических отзывов было на порядок меньше, чем хвалебных.
Возглавив Департамент культуры Москвы, Капков распространил свой опыт на многие другие парки, в частности, Сокольники. Тут тоже, казалось бы, полный успех, резкий рост посещаемости, однако процент критических отзывов стал больше. Просто потому, что вокруг живет больше людей. В интернете, в комментариях к любой статье о Сокольниках можно найти поровну благодарностей за «настоящий городской парк» и воплей «негодяи, зачем вы уничтожили наш лес?!»
Эта полемика отражает главную проблему общественного пространства: у его пользователей могут быть прямо противоположные интересы. И для создания по настоящему комфортной среды их все необходимо учитывать. Причем конфликт типа «парк против леса» – из числа самых простых примеров. Парковые зоны – специализированные общественные пространства, можно спорить о том, как правильно организовать их, но бесспорно, что это – зоны отдыха. В универсальных общественных пространствах, к которым можно отнести городские площади, скверы, бульвары и даже тротуары, могут возникать споры на порядок серьезнее. Разные группы людей используют их для транзита, шопинга, работы, прогулок и много чего еще.  Когда (и если) город всерьез возьмется за эти пространства, чтобы сделать их по-настоящему комфортными, ему придется разрешать конфликты между десятками различных «стейкхолдеров». В таких условиях нужно проявлять гораздо больше гибкости, чем в парках. За неудачными примерами далеко ходить не надо. Сергей Собянин на заре своей мэрской карьеры уже пытался убрать от центральных станций метро торговые ларьки, которые, по его мнению, загораживали вид и мешали проходу. В результате многие жители центра остались без торговых точек в шаговой доступности, а Собянин заработал лишь обвинения в невнимании к нуждам жителей.

Из парков на бульвары, далее – везде?
Новая попытка усовершенствования универсальных городских пространств, кажется, уже не за горами.
14 февраля состоялось первое заседание Совета по развитию общественного пространства, возглавляемого мэром Москвы Сергеем Собяниным. Сам факт создания такого совета уже говорит о том, что планы радикальных изменений этого самого пространства у московских властей есть. Хорошим знаком можно счесть и то, что кроме чиновников в состав совета вошли и сотрудники Высшей школы урбанистики при НИУ ВШЭ, и почти совсем неформалы, такие как главный редактор интернет-журнала UrbanUrban.ru Егор Коробейников. («Почти», потому что он тоже работает в Школе урбанистики.) Жаль только, что процесс формирования совета не был прозрачным, и узнал я о его существовании на следующий день после первого заседания, из фейсбука. А многие люди, не чуждые темы городского благоустройства, узнали от меня.
На заседании Собянин рассказал, что и свежепогстроенными и будущими московскими пешеходными зонами, равно как и недавно отремонтированными бульварами, будет теперь заниматься Департамент культуры. Что ж, будем надеяться, что команда Капкова сумеет справиться с проблемами универсальных городских территорий. Похоже, их задача будет усложняться постепенно: если бульвары, с которых, кажется, собирается начать Департамент культуры, имеют много общего с парками, то пешеходные зоны, в основном, ближе к торговым пассажам – главным конкурентам капковских парков. И уж совсем высшим пилотажем будет, если Департаменту культуры удастся усовершенствовать зоны у центральных станций метро, где пересекаются толпы людей, идущих на работу и с работы, по магазинам, в театр, в ресторан, а также просто гуляющих без всякой специальной цели.

Теория и практика
На городских просторах, помимо сложных организационных задач, Капков непременно столкнется с проблемой, на истоки которой не особенно сможет повлиять. Дело в том, что почти все перечисленные выше пространства передаются в его распоряжение уже в законченном виде, а их подготовкой, то есть строительством, реконструкцией и благоустройством займутся другие московские департаменты. И дело тут не только в стилистике, которая в городской среде, в отличие от среды парковой, в основном осталась лужковской. Дело в том, что не нравится всем без исключения горожанам: в низком качестве работ. Среди самых свежих примеров – плитка, уложенная прямо на лед и неработающие ливнестоки, в новой пешеходной зоне Рождественка – Кузнецкий Мост – Столешников, спешно открытой к Новому году.
Стоит заметить, что в парках, полностью подконтрольных Департаменту культуры, обеспечить качество строительства тоже удается не всегда. С этим столкнулось, например, бюро «Практика», спроектировавшее несколько объектов для парка Перово. «Показательный ответ прораба на вопрос: “у себя дома ты бы так сделал?” – “А дома у меня еще хуже!”», – рассказывает архитектор Григорий Гурьянов. Плюс «советский подход создавать видимость к приезду мифического Собянина или Капкова. Паника – завтра приедут! - и пол в детском клубе покрывают лаком прямо поверх грязи», продолжает Григорий. Добиться «более-менее пристойного результата» стоило «Практике» немалых усилий.
Описанную ситуацию сложно поставить Капкову в вину, но она несомненно является не последней из многочисленных проблем, которые ему еще только предстоит решить.

Общественные пространства в коммерческих руках
Показуху и халтуру такого высокого полета намного реже можно встретить при строительстве торговых моллов и других подобных общественных пространств, находящихся под частным контролем. Сравнительно высокое качество исполнения работ является одним из необходимых условий их конкурентоспособности. Но застройка «пустующих» городских площадей не является единственным способом создания удобных общественных пространств, приносящих (так или иначе) пользу и  городу, и бизнесу.
Две зимы подряд, в 2011 и 2012 годах, главным конкурентом обновленного катка в ЦПКиО был каток на Патриарших прудах. Бесплатный вход, бесплатный прокат коньков для детей, огромная елка, детская зона, ледяные горки, волшебная иллюминация, музыка от лучших диджеев… Кстати, еще чистый и бесплатный туалет. И, судя по всему, город не потратил на это ни копейки. Потому что каток был рекламной акцией проекта «Горки город» – новообразования альпийского типа, которое строится под Сочи к Олимпиаде.
Эта история, как, впрочем, и Парк Горького – редкие пока примеры того, как городские власти и бизнес могут вместе создавать комфортные общественные пространства, не меняя их принципиальные свойства. Так или иначе, обе стороны выигрывают от этого, как и третья сторона – жители города.
Возможно, московским властям стоит развить этот опыт и всерьез заняться маркетингом общественных пространств?

Периферия. Обратная связь
Городская среда, как и парковая, обнаруживает больше проблем на периферии, чем в центре. К сожалению, даже локальные общественные центры передавать под крыло Капкову никто не собирается. Что уж говорить о дворах. Все-таки, Департамент культуры не резиновый. Хотя и хочется порой из всей городской власти оставить только его.
Впрочем, дворы со времен Лужкова все же несколько улучшились. Исчезли «ракушки», во многих местах появились дополнительные стоянки, новые долговечные и симпатичные детские площадки. А для того, чтобы жаловаться на недостатки, есть специальные городские интернет-порталы, например, «Наш город» (gorod.mos.ru).
Я уже проверил: обратная связь существует! Не убирают снег – пишем жалобу, прилагаем фото, и вскоре снега уже нет. Правда, уборка может ограничиться тем участком, который поместился на фотографии, а через неделю дворники расслабятся и придется снова жаловаться. И все равно, прогресс налицо. Если дальше так пойдет, следующей зимой посылать «сигналы» нужно будет уже раз в месяц, а еще через год – только раз в сезон, после первого крупного снегопада)).

Активизм и местная власть
В некоторых окраинных районах местные власти даже пытаются сотрудничать с городскими активистами. Впрочем, пока видимых успехов немного. Широко известна история о том, как команда Urban.Urban, во главе с упомянутым выше Егором Коробейниковым, пыталась благоустроить двор в Печатниках. В весьма короткие сроки активисты опросили жителей, провели анализ территории, выпустили архитектурный проект и согласовали его с депутатами муниципального собрания. Увы, инженерная служба и управа района, выждав некоторое время, выставили на тендер другой проект, не представив Коробейникову и его коллегам никакого внятного объяснения. «Может, там подрядчики – родственники, или еще что-то в таком же духе?» – спросил Егора корреспондент «Афиши». – «Не исключено, но разве об этом кто-то скажет прямым текстом?»

Комфорт городской среды и ограниченная демократия
На фоне репрессий, последовавших за митингом на Болотной площади 6 мая прошлого года, и общей усталости публики от уличной политики, активная часть общества все больше обращает свой интерес в сторону улучшения городской среды. Московские власти создают для этого почти тепличные условия, приглашая активистов к диалогу, а то и вовсе принимая их на работу. Как, например, это произошло с велоактивистом Алексеем Митяевым, ныне советником главы Департамента транспорта Москвы.[4]
Такое поведение городских властей, пожалуй, является лучшим из возможных способов хотя бы отчасти погасить общественное недовольство.  И все же, новый закон о митингах продолжает действовать, а это значит, что гулять большими компаниями по отремонтированным пешеходным бульварам и новым пешеходным зонам Москвы придется с оглядкой. И что среди отремонтированных и заново отданных жителям городских площадей нескоро появится Триумфальная. Что ж, пусть торчит под самым носом у Москомархитектуры этот огороженный забором пустырь, напоминая нам всем о том, что власть готова вести диалог с обществом только на отдельные избранные темы.






[1] «Гоголя» (с ударением на последнем слоге) – народное название Гоголевского бульвара, популярное у хиппи 1980-х.
[2] Формулировка взята из недавнего выступления Сергея Кузнецова. Правда, главный архитектор Москвы говорил о новых «рекреационных зонах недалеко от работы», которые, по его мнению, еще только предстоит создать.
[3] Наличие конкуренции с  торговыми центрами признает и сам Капков. Например, он говорил об этом в интервью «Независимой газете» в апреле прошлого года.
[4] О том, как это произошло, Алексей Митяев сам подробно рассказал в эфире радиостанции Сити ФМ 27 января 2013 г.